Украденные исторические фотографии видов старого Геленджика

Как-то после войны мой дед купил на рынке за гроши удивительные альбомы дореволюционных открыток видов города и старых фотографий Геленджика.  Многие фотографии были сделаны великолепным фото мастером и подписаны - Александр Яковлевич Кривонос.  Так у моего деда оказалась самая полная коллекция старых открыток и фотографий.  Он их позже пополнял своими собственными фотографиями.  А потом и я с очень раннего дества стала активно фотографировать все что видела вокруг. 
Великолепные фотографии гениального фотографа - Александр Яковлевич Кривонос - оказали на меня сильное влияние. 
Александр Яковлевич Кривонос долгое время работал в Геленджике, но после того как в 1931 году все частные фото лаборатории запретили, он уехал в подмосковье, где и умер.  А его потомок работал сапожником в городе.  Однажды очень нуждаясь, он и продал альбомы знаменитого фото-мастера моему деду.  Это была самая полная коллекция старых фотографий города.  Дед и сам увлекался фотографией, а потом приучил и меня рассматривать красоту в простом, отыскивать удивительные детали вокруг нас.  Часто в детстве мне давали рассматривать старые коллекции открыток и фотографий города.  Я вглядывалась в лица людей на фотографиях, старалась постигнуть их тайны, разгадать линию жизни.  Так постепенно я стала участницей сюжетов и тех при ключений, что фотографии отражали, я стала их героиней, а их происшествия и события глубоко вошли внутрь меня, расстворились, а я стала их участницей.
**********

Лишь недавно как-то заглянув в Интернет мы вдруг с удивлением обнаружили, что исторические фотографии и открытки старого Геленджика, находящиеся в семейных альбомах нашей Геленджикской семьи, были помечены чужими штампами и незаконно опубликованны.  Их копировали друг у друга разные сайты и размещали на своих страница.  Даты под фотографиями часто не соответствовали действительности. Тогда законные владельцы захотели помочь установить истину и указали Геленджикским сайтам на их ошибки.  Но их никто не стал слушать.

С исчезновением этих старых фотографий из дома Геленджикской семьи связано несколько моральных преступлений, если не сказать больше.  Так в 1985 году Игорь Шелап. обманным путем заполучил часть этих реликвий у нуждающегося, несчастного и голодного парня, Алексея Галак., обменяв старые фотографии его деда на бутылку водки и буханку хлеба.  Измученный жизнью, дедовщиной в армии, рано оставшийся без родных, Алексей был в безысходности и поверил своим одноклассникам.  А позже Игорь Платон, через Краснодарское Географическое Общество, опубликовал старые фотографии деда Алексея, но под своим собственным именем. Но Алексей все же успел расказать об этом обмане другим членам его семьи.
 Позже уже в 1996 году по наводке и подсказке, две известные Геленджикские местные "охотницы за стариной" ("Алла Анд." её поддельница - "Свет Б" с "Валентиной") пришли в дом умирающей старушки Анны на ул. Первомайской. Они требовали отдать им старые открытки и коллекции.  Они обшарили дом бедной, одинокой женщины и вынесли все старые фотографии её семьи.  Анна еще была жива, все это видела, но  не имея возможности двигаться, все  еще в здравом сознании, она оставила свои свидетельства.
Через несколько лет, эти Геленджикские мошенницы опубликовали старые фотографии на местных форумах (например, те, что имели темными уголки от вкладывания в альбомы).  Они опубликовали их и на разных сайтах (как "Радикал"), но со своими собственными пояснениями (в "Добрый Старый Геленджик", другие группы в "Одноклассниках").   Через несколько лет после опубликования, семья и родственники истинных владельцев, случайно нашли их старые фотографии и опознали их.
Такого рода преступления (кража фотографий) не имеют срока давности, и воры могут быть наказаны по закону Российской Федерации,  а сайты оштрафованы за размещение и пользование чужой собственностью, с целью привлечения клиентов и с целью обогащения.
                                                                                        
          ***                 
Одна из родственниц (свидетельница) этого давнего, темного дела, вспоминала: " В середине1950х дед сдавал свои лучшие фотографии видов города в печатные мастерские или издательства, где из них делались открытки (как внизу две фотографии фелюги Мамета с одним и тем же видом).    Там же в городе так работали профессиональные фотографы (Н. Волков и А. Соколенко),- знакомые деда."

Вот несколько таких фотографий и сделанных из них открыок.  Фотография (и открытка) под названием "№ 14. Геленджикъ.- Прогулка по бухтъ" и "№ 15. Фелюга Мамета" были сняты недалеко от Лермонтовского мостика (набережной) в 1958 году, где тогда находилась одна из пристаней (№ 15).   Позже произошла путаница с названием, датой и публикацией фотографии (как эта под названием "Прогулка по бухте").  Эта фотография сделанна в 1958 году и у неё особая история. Об этом можно читать в "Турки-Пескарики" илив рассказе "Фелюга Мамета". Там написано: 

"Мой дед какое-то время одновременно с другими своими знакомыми фотографами делал снимки одних и тех же мест города, споря у кого из них это лучше получится.  Так появились одинаковые сюжеты снятые в одно и тоже время, но с разными надписями."
Действительно, например следующие несколько старых фотографий имеют это подтверждение.  Чаще всего фотографировались улица Шоссейная и Дондуковская. А многие фотографии различались только надписями на них.  Один дедов знакомый фотограф делал эти надписи на этих же фотографиях по французски, потому что его фотографии предназначались для продажи туристам, как открытки. Поэтому на одной из открыток было написано по-русски и по-французски.  Слева на открытке надпись: "Шоссейная улица. Rue de la Chaussee. А справа: "Геленджикъ - Ghelendjik.   В то время, в город все еще часто наведывались французы, помнящие о местном цементном заводе, принадлежащем французской компании.  Прочитать об этом можно в рассказе "Цементный Завод".  А дед Минай подписывал те же сюжеты просто, как вот эту свою фотографию вверху:  «Геленджикъ -Черном губ. Шоссейная улица».
На сдедующей фотографии -  (Шоссейная улица) слева в тени дерева, у скамейки стоит около своего дома военный друг деда Кудрявцев, который смотрит на фотографа.  А справа на углу у столовой сидит очень старая, в черных одеждах и вся сгорбленная баба Соня.  Иногда она продавала семечки у своего дома, который стоил 5 копеек за маленький стаканчик.  Но у меня денег никогда не было.  На мою радость жалистливая баба Соня иногда давала мне “жменьку”семечек (чуть-чуть в ладошку), почему-то печально приговаривая: "Ах ты, сирота моя несмышленая" - Так я её и запомнила.

Мы жили в конце улицы Первомайской, там где в конце у поляны начинался лес и была погран-зона.  А очертания совсем невысоких гор в конце её и были главным опознавательным знаком этой улицы.  Иногда дед стоя на её углу, снимая перспективу с этими не очень высокими горами.  Но надписывал он «Шоссейная,» имея в виду перекрестную улицу (позже названную Центральной, а потом - Ленина).
Например, на цветной открытки  слева на Дондуковском шоссе (на углу с Шоссейной) стоит двухэтажное здание с большим балконом и длинными окнами.  Рядом военный-охранник.  Это вероятно здание военкомата 7.  
В конце улиц в перспективе – небольшие горы восточной стороны, где погран-зона.  Вот там-то мы и жили.  А дед очень часто ходил в этот самый воен-коматРядом типичные для того времени уличные фонари и скамейка у бокового входа.  Интересно, почему дед так часто туда ходил, да еще и носил свои фотографии туда...
иоже
На следующей открытке можно видеть это же угловое здание, где на первом этаже был книжный магазин, имевший адрес «Пристань ½» потому что это было недалеко от порта.  Вдали, на востоке мы опять видим очертания тех же небольших гор.  Но вопреки всему, эта открытка подписана по названию перекрестной улицы - Шоссейная. Хотя Шоссейная улица была рядом и в своей перспективе имела Морхотский хребет, как главную опознавательную черту.
Эти наши характерные Геленджикские горы можно хорошо видеть и на следующей открытке, подписанной на француском «Chaussee Dondoukow.  Дондуковское шоссе», потому что фотография сделана на перекрестке с этой улицей.
Кстати, в горы упиралась не только первая и главная улица города - Шоссейцная (Центральная или Ленина), но также и Новороссийская, рядом с которой мы жили, а также и паралельные ей Кирова и Тельмана.
***
Вот как-то возвращаясь с дедом от порта домой мы увидели на углу
с Шоссейной группу празднично одетых мужчин в белых рубашках, галстуках и шляпах.  Они  только что вышли из соседнего ресторана, были разгорячена и шумели.  Вдали слева был виден гастроном (братьев Фитиди), а слева высокий дом с треугольной крышей, где позже разместилась газета "Прибой".
  Особенно в этой толпе как я заметила выделялся один из мужчин, широко улыбающийся, крупный и высокий мужчина в жилетке (на фотографии второй слева).  Он всем вокруг пожимал руки и повторял: «Надеюсь на вашу поддержку».
  - «Ох ты, краснорожий!» – пробурчал дед, вдруг делая фотографию от угла и захватывая группу мужчин на неё как бы мимо ходом, нечаянно-  «В мэры готовиться, сбивает себе предвыборную компанию».

Высокий, крепкий мужчина в центре действительно имел очень красное лицо.  Я еще тогда подумала, что он так сильно покраснел вероятно от тесного, белого пластмассового воротничка, что тогда была мода поддевать под пиджак вместо белой рубашки и снимать за ненадобностью.  Это экономило время на стирку.  Я видела такой пластмассовый воротничок у нас дома.

«Краснокожему» же очень понравилось, что его фотографируют, он продолжал широко нам улыбаться и позировать.  А потом подошел к нам, пожал деду руку и сказал, что надеется на дедов голос.
Я очень удивилась тому, что незнакомец уже слышал как дед умеет громко кричать когда он сердиться.  А еще было удивительно, что дедов голос был кому-то нужен, и что видимо кто-то даже собирает такие громкие голоса.
С одной стороны это было приятно, значит дед не сможет больше кричать на меня или на бабушку.  Но с другой стороны, если дед останется совсем без голоса, то как он будет мне рассказывать свои истории о кораблях.  Я пожалела его и сказала:
- «Деда!  Не отдавай ему свой голос.  Как ты будешь без него?»
Дед похихикал мне в ответ по своему обыкновению, и мы пошли дальше домой.  Когда дед проявил и напечатал фотографию, то он просто надписал её «Геленджикъ.  Центральная улица».   Да, там у нас в Геленджике происходили настояшие чудеса в решете.


***

Интересно, что долгое время а Геленджике было две улицы названные в честь выдающегося  политического деятеля конца 19 века, генерал-майора (адъютанта), князя  Александра Михайловича Дондукова-Корсакова, главнокомандующего на Кавказе.  
Вот и его ЗАПИСКА, говорящая о плачевном состоянии Черноморского побережья, о хищнической эксплуатации края частными владельцами, которые приобрели земли на льготных условиях.   Что теперь - более 100 лет спустя - изменилось в состоянии и бюрократии города?




                                                                                                      


  
***
Здесь используются наши собственные фотографии из семейных архивов и старые открытки, которые хранились в семье и на которые у нас есть все права, сохранены негативы и подлиники.  Использование наших фотографий без нашего разрешения является нарушением имущественных прав собственности.  "Права собственности на фотографии защищены законом. Фотографии в России являются охраняемыми авторским правом объектами (ст.12251259 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)). Это означает, что такие фотографические произведения можно использовать только с разрешения того, кто имеет право по закону давать разрешение: Статья 209 Гражданского кодекса РФ


www.copyright.ru

No comments:

Post a Comment